Ученик с последней парты
Ортокопипастер
Патриотическая деятельность духовенства и верующих на оккупированных фашистами территориях СССР

Автор - доктор исторических наук, профессор Вадим ЯКУНИН

Священнослужители и верующие активно участвовали в антифашистской борьбе на оккупированных территориях СССР.
Летом 1942 г. через партизанские подпольные группы почти всему духовенству на оккупированных территориях было передано послание патриаршего местоблюстителя митрополита Сергия «К верным чадам Русской Православной Церкви». Получил его и протоиерей Василий Копычко, настоятель Одрижской Свято-Успенской церкви Ивановского района Брестской области. Партизанами было точно установлено, что это послание распространяется отцом Василием в переписанном виде среди верующих. Через некоторое время его дом стал местом встреч подпольщиков с партизанами и их связными, а в экстремальных условиях — надежным укрытием с добрым советом и помощью.
С начала войны до ее победного завершения отец Василий не ослабевал в духовном укреплении своих пасомых, совершая богослужения ночью, без освещения, чтобы не быть замеченным. Почти все жители окрестных деревень приходили на службу. Отважный пастырь рассказывал верующим о положении на фронтах, призывал противостоять захватчикам, размножал и передавал сводки Совинформбюро, партизанские листовки, которые были адресованы к солдатам Русской освободительной армии и полиции. Отец Василий собирал продукты для раненых партизан, присылал им оружие.
В конце 1943 г. гестапо узнало о его активной связи с партизанами. Карательный отряд особого назначения получил приказ о публичной казни отца Василия и его семьи. Благодаря подпольщикам об этом узнали в штабе партизанской Пинской бригады. В ту же ночь отец Василий был перевезен в партизанскую зону, а на рассвете к его дому прибыли каратели и подожгли храм и церковно-приходской дом.
Вот как описывает деятельность отца Василия и свою первую встречу с ним комбриг Пинской партизанской бригады И. Шубитыдзе: «...Мы шутя называли его своим агитатором и однажды пригласили в партизанский лагерь. Он охотно приехал в сопровождении партизан. Копычко долго присматривался к нашей жизни, к нашим порядкам, обошел с десяток землянок и за ужином, который приготовили специально для него в штабе, разговорился: “Вот и верь этим немцам! Обманщики, безбожники, бандиты! Вижу, что вы все православные, дай вам Бог здоровья! Я так и говорил своим прихожанам...” Было видно, что Копычко полюбил нас, радовался, что не ошибся в своих предположениях, обещал молиться о нас и помогать чем может. Отправили мы его из лагеря торжественно, на тачанке, с охраной. С этого времени Копычко стал нашим связным. Он сдержал свое слово, помогал не только молитвами, но и материально: собирал продукты для раненых, присылал временами и оружие».
За заслуги перед Родиной протоиерей Василий Копычко был награжден орденом Отечественной войны II степени, медалями «Партизану Великой Отечественной войны» I степени, «За доблестный труд в Великой Отечественной войне», «За победу над Германией» и другими.

В Пинском партизанском соединении служил протоиерей Александр Федорович Романушко, настоятель Мало-Плотницкой церкви Пинского района, ныне Брестской области. В оставленных некоторыми священниками храмах и местностях, где церкви были сожжены, отец Александр совершал отпевания расстрелянных, заживо сожженных, а также павших на поле боя партизан. И неизменно во время богослужения или при исполнении треб призывал верующих помогать партизанам и защищать родную землю от фашистов.
Когда летом 1943 г. к командиру партизанского соединения генерал-майору В.З. Коржу обратились родственники убитого полицая с просьбой «командировать» на похороны партизанского священника, он предоставил отцу Александру право самому принять или отклонить приглашение. Отец Александр согласился. Взял облачение, кадило и в сопровождении двух автоматчиков выехал в деревню. Но на кладбище вместо «вечной памяти» произнес «анафему». Всех присутствующих на похоронах, в том числе и полицаев, он призвал к защите Родины. В зону базирования группа отца Александра возвратилась с похорон, увеличенная во много раз. Среди нового партизанского пополнения были полицаи, но теперь уже бывшие. Всем участникам этих «похорон» Герой Советского Союза генерал-майор В.З. Корж объявил благодарность. Через некоторое время перед строем партизан отец Александр Романушко был награжден медалью «Партизану Отечественной войны» I степени.
Из письма отца Александра, посланного осенью 1944 г. митрополиту Алексию (Симанскому), известно, что число священников в Полесской епархии уменьшилось на 55% в связи с расстрелами их фашистами за содействие партизанам.
Партизаны через своих связных распространяли в церквах листовки: воззвания патриарха Сергия с призывом о молитвах за победу советского воинства, сообщения о проводившейся Московской Патриархией патриотической работе и другие материалы.
Дом настоятеля церкви села Сварцевичи, ныне Дубровицкого района Ровенской области, протоиерея Ивана Ивановича Рожановича, которому к началу войны было около 70 лет, стал местом встреч подпольщиков с партизанскими разведчиками. Отец Иоанн был добрым и ценным помощником партизан, выполнял сложные задания и поручения, был принят в члены антифашистского комитета.
С личным участием отца Иоанна предпринимались рискованные шаги «челночной дипломатии» между бургомистром г. Высоцка Тхоржевским, комендантом полиции полковником Фоминым и партизанским командованием. И эта смертельно опасная игра принесла свои плоды: были освобождены пятнадцать партизанских заложников села Велюни, на сторону партизан перешли вооруженный отряд казаков из войск РОА г. Высоцка и части полицейского гарнизона во главе с полковником Фоминым.
В январе 1943 г., в период наступления одной из карательных экспедиций, когда весь партизанский край был уже объят пламенем, возникла реальная угроза полного уничтожения и села Сварцевичи. В партизанском штабе обсуждались разные варианты предстоящего боя. Но все же решено было пойти на военную хитрость: послать на встречу с карателями церковную делегацию с «жалобой» на партизан и просьбой о «защите», благо отец Иоанн в этом деле опыт имел. Цель делегации — убедить фашистов, что в Сварцевичах собраны крупные силы партизан, вооруженных автоматами, пулеметами и орудиями, а дороги вокруг заминированы.
Во время разговора с эсэсовским полковником отец Иоанн так сумел убедить его в силе партизан, что офицер приказал своему отряду отступать.
Перед войной священник Федор Иванович Дмитрюк (впоследствии — архиепископ Горьковский и Арзамасский Флавиан) служил в Александро-Невском соборе г. Пружаны Брестской области. В период оккупации отец Федор и вся его семья участвовали в работе патриотического подполья г. Пружаны и имели прямую связь с белорусскими партизанами, действующими в данной местности. После разгрома фашистами пружанского подполья большая часть его участников погибли в застенках гестапо. Отец Федор спасся чудом, но его жена, старшая дочь, зять и другие ближайшие родственники были расстреляны, а младшая дочь тяжело ранена.
Настоятель Кошевичской церкви Копаткевичского района Белоруссии священник Григорий Чаус вместе с верующими проводил большую работу по сбору денег и ценностей на строительство танков и самолетов для Красной армии. Эти деньги передавались через партизан в Москву. Для партизанского госпиталя отец Григорий каждое воскресенье собирал продукты питания и полотно для перевязок.
Настоятель церкви в Старом Селе, ныне Ракитовского района Ровенской области, Николай Иванович Пыжевич вместе с семьей с первых дней войны помогал партизанам, в домах верных ему людей распределял тяжелораненых, которых впоследствии лечили всем миром. Занимался он и распространением листовок среди населения. В сентябре 1943 г. отряд карателей заживо сжег в собственном доме отца Николая и его семью. Через некоторое время за помощь партизанам было полностью уничтожено и Старое Село, а 500 его жителей заживо сгорели в церкви.

Население партизанских краев открывало свои церкви, в которых проводилась патриотическая работа по оказанию всевозможной помощи партизанам.
Партизанами Пинской области было поручено священникам провести молебен в населенном пункте, где размещались немецкие гарнизоны, и рассказать правду о народных мстителях. После этого верующие улучшили свое отношение к партизанам.
Один крестьянин из деревни Дятловичи подал в жандармерию список актива села — комсомольцев и лиц, замеченных в связи с партизанами. Им угрожала неминуемая гибель. Партизаны поручили местному священнику всеми мерами спасти этих лиц и уничтожить предателя. Священник поехал к немцам и собственной подписью поручился, что пособники партизан не эти люди…
Протоиерей Косма Петрович Раина был благочинным Пинского западного округа, настоятелем церкви в деревне Хойно Брестской области. Во время оккупации богослужение в храме совершалось отцом Космой, как и в мирное время. И каждый раз он молился «О Великом Господине нашем патриаршем местоблюстителе блаженнейшем Сергии, митрополите Московском и Коломенском...», «О стране нашей, властех и воинстве ея...», а это было далеко не безопасно. В начале 1942 г. отца Косму пригласил к себе районный бургомистр и настойчиво потребовал, чтобы за богослужением в церкви прекращена была молитва о здравии за московское церковное чиноначалие, а молитва «О стране нашей, властех и воинстве ея Господу помолимся» заменена была словами: «О освобожденной стране Российской и победоносном германском воинстве Господу помолимся», как и указывалось в циркуляре Пинской духовной консистории.
Подобные вызовы и указания были периодическими, но отец Косма, используя свой авторитет в народе, личные взаимоотношения с родственниками местной оккупационной администрации и полиции, решал как-то все по-своему, мирно, спокойно. Если видел подозрительных людей за богослужением, произносил молитвы побыстрее, пока пел хор, а когда его вызывали в кабинеты сильных мира сего, говорил, что не отрицает сообщения о нарушении циркуляра, может, автоматически и произнес канонический текст. Некоторые считали отца Косму фанатиком, с которым спорить бесполезно, но большинство народа его любили и защищали.
Когда в 1943 г. местность, где проходило пастырское служение К.П. Раины, стала зоной партизанского влияния, он призывал население помогать народным мстителям. В пасхальную ночь 1943 г. впервые при огромном стечении народа в присутствии партизан было прочитано обращение митрополита Киевского и Галицкого Николая к населению временно оккупированных местностей. Перед освящением куличей, которое в Белоруссии происходит после пасхального богослужения вокруг храма, отец Косма объявил сбор пасхальных подарков для раненых, детей и партизан.
Партизаны передавали отцу Косме свежие газеты, листовки, изданные Московской Патриархией. Часть этих листовок отец Косма лично передавал архиепископу Пинскому и Полесскому Александру (Иноземцеву), отколовшемуся от Московской Патриархии, а другую часть — епископу Брестскому и Полесскому Иоанну (Лавриненко), пребывавшему в юрисдикции Московской Патриархии.
В характеристике, выданной ему 15 ноября 1944 г. командиром партизанского отряда им. Кирова Неделиным, говорилось, что «священник Раина Кузьма Петрович … оказывал всенародную помощь партизанам, действовавшим в тылу врага … доставляя в партизанские отряды разведданные, призывал население об оказании содействия народным мстителям … проявил себя как подлинный патриот нашей Великой Родины». За свою патриотическую деятельность он был награжден медалями «Партизану Отечественной войны» I степени и «За победу над Германией».

Немцы применяли репрессии в отношении священнослужителей-патриотов. Одного из них немцы заставляли читать проповеди, прославляющие оккупантов. Но вместо этого он рассказывал народу о Дмитрии Донском, Александре Невском, Сергии Радонежском, о том, как они отстояли Русь. За это священник был расстрелян.
Свое пастырское служение благочинный протоиерей Вячеслав Новроцкий исполнял в райцентре Морочно Ровенской области. В период немецкой оккупации он не оставлял канонического общения с Московской Патриархией, помогал партизанскому движению. Когда в начале 1943 г. был разгромлен немецко-фашистский гарнизон и освобожден г. Морочно, отец Вячеслав встретил партизан пасхальным перезвоном. В честь освобождения состоялся торжественный митинг, и на трибуне рядом с генералами и командирами партизанских отрядов стояли благочинный отец Вячеслав и партизанский связной настоятель Муравинской церкви отец Михаил Гребенко. В предоставленном ему слове отец Вячеслав от имени духовенства Русской православной церкви обратился со словами благодарности к партизанам, заверив, что «мы, верующие люди, будем всегда помогать и молиться за павших ваших товарищей и за вас».
Священник села Гута-Степанская Ровенской области отец Мариан возглавил отряд самообороны, согласовав все организационные вопросы с партизанским командованием из соединения В.А.Бегмы. Для этого он встретился с католическим ксендзом отцом Штефаном и убедил его объединить усилия для борьбы с оккупантами. Священнослужители нашли общий язык и создали общий отряд из тридцати человек, который до полного освобождения успешно защищал свои семьи и дома от националистов, полицаев и прочих банд.
Священник Жуковской церкви Невельского района И.Я.Щемелев призывал молодежь в партизанские отряды: «Если Вас будут брать немцы на работы или армию, то уходите к партизанам, а к немцам не ходите».
Протоиерей Николай Петрович Гордеев, будучи клириком Пинской епархии, активно помогал партизанам в борьбе с оккупантами. Протоиерей Владимир Михайлович Томашевич «в годы Великой Отечественной войны вдохновлял паству на труд и подвиг во имя скорой нашей Победы над ненавистными захватчиками, собирал ценные сведения о вражеских войсках и передавал их в штаб партизанского отряда».
Настоятель церкви во имя Покрова Богоматери в селе Хоростово Старобинского района Минской области священник Иоанн Семенович Лойко принародно благословил трех своих сыновей идти в партизаны. В феврале 1943 г. Хоростово было окружено карательными отрядами фашистов. Штабом партизанского командования было принято решение без боя оставить этот край и с большей частью населения выйти из окружения, но отец Иоанн остался с теми, кто не имел возможности отступать, чтобы помогать больным, калекам, беспомощным старикам. Он был сожжен фашистами 15 февраля вместе с 300 прихожанами в храме, где совершал Божественную литургию. Из объятой пламенем церкви каратели слышали всенародное пение молитв.
Прихожанин этой же церкви Иван Цуб на требование фашистского офицера показать, куда ушли партизаны, завел карателей в трясину непроходимого болота. Из них спасся только один переводчик, полуживым попавший в руки народных мстителей. Он и поведал о подвиге Ивана Цуба. Тело героя было погребено по православному чину с воинскими почестями рядом с церковью, прихожанином которой он был всю жизнь.
За связи с партизанским движением десятки священнослужителей были расстреляны или сожжены фашистами, среди них священники Николай Иванович Пыжевич, Александр Новик, Павел Щерба, Павел Сосновский, Назоревский и многие другие.
5 июня 1943 г. немцы сожгли населенный пункт Хомск (250 человек мирного населения) вместе с церковью и священником Иосифом Серафимовичем с семьей.
Осенью 1943 г. в партизанский отряд имени С.Г. Лазо, базировавшийся около Пинска, из Москвы самолетом прибыла группа особого назначения. Заданием этой группы являлась встреча с митрополитом Украинской автокефальной церкви Александром (Иноземцевым), передача ему личного письма патриарха Московского и всея Руси Сергия и переговоры о его вылете спецсамолетом в Москву для встречи с патриархом. Для этой цели командованием было решено на встречу с митрополитом послать двух опытных подпольщиков — Николая Игнатьевича Чалея и Станислава Анатольевича Жарина. Вот как рассказывал об этом сам Чалей: «Иноземцев … высказал свое опасение о возможной провокации и последствиях, которые могут возникнуть в судьбах Церкви, ближайших сослуживцев и его тяжелобольной матери, поэтому в окончательном своем решении он пока воздерживается... После этого разговора митрополит предложил нам хороший ужин и, поскольку наступил уже комендантский час, оставил нас и на ночлег».
По свидетельству Героя Советского Союза генерал-майора В.З. Коржа, командира партизанского соединения, у него была установлена связь с митрополитом Александром, которому через подпольщиков вручались различные указания, советы, как вести работу против оккупантов. Владыка по этим вопросам проводил совещания с духовенством Пинской епархии.

Иерархи Белорусской церкви архиепископ Филофей, архиепископ Венедикт, митрополит Пантелеимон неоднократно выступали против партизанского и подпольного движения как в своих устных речах, так и в посланиях к духовенству. В то же самое время они поддерживали связь с партизанами. Так, владыка Филофей через партизан передавал патриаршему местоблюстителю митрополиту Сергию: «Приветствую душевно митрополита. Восхищаюсь занятой им позицией. Я сообщаю, что все решения за моей подписью исходили не от меня, я хотел бы знать мнение обо мне митрополита, я заявляю, что готов сотрудничать вместе с ним». И такая противоречивая позиция была характерна для руководства Белорусской церкви, вынужденного сосуществовать с оккупантами.
Медалью «Партизану Отечественной войны» была отмечена деятельность священника из села Бродовичи-Заполье на Псковщине отца Федора Пузанова. Во время карательной операции по доносу старосты немцы сожгли сельский храм. Отца Федора спрятали местные жители и затем переправили его к партизанам. В течение 1943 г. священник собирал среди прихожан средства на строительство танковой колонны имени Димитрия Донского. В Фонд обороны были сданы деньги, куски золотых окладов и риз, кадила и подсвечники из сожженной церкви на сумму 500 000 рублей. В 1944 г. отец Федор был вызван митрополитом Алексием, который отметил заслуги священника перед Родиной и Церковью наградным крестом.
Псково-Печерский монастырь тайно оказывал помощь советским военнопленным. Хотя наместник Псково-Печерского монастыря игумен Павел участвовал в подготовке антисоветских документов, подписывал официальные приветствия фашистским властям, он в это же время поддерживал тайную связь с партизанами. Через жительницу Пскова, горячую ревнительницу монастыря А.И. Рубцову, игумен переправлял им целые возы продовольствия. Рубцова была арестована гестапо в 1943 г. и расстреляна. На допросах она держалась с удивительной стойкостью и не выдала наместника. Согласно другим свидетельствам (жителей Печор), игумен Павел прятал в помещении монастыря рацию, по которой передавались через линию фронта сведения о фашистах, собранные иеромонахами в приходах. 24 августа 1941 г. игумен Павел получил благодарственную записку: «Больные, раненые военнопленные и персонал госпиталя лагерного пункта 134 в городе Пскове выносят глубокую благодарность за присланные продукты — муку, хлеб, яйца и другие пожертвования».
В то же время, будучи в прошлом эмигрантом, участником Белого движения, игумен Павел имел мало оснований любить советскую власть. Этим, видимо, объясняются его активные попытки эвакуировать монастырь при приближении фронта в марте 1944 г. Однако подавляющее большинство братии, несмотря на жестокие бомбардировки и артиллерийские обстрелы, которым подвергалась обитель, категорически отказались уезжать, и наместник остался вместе с монахами.

Большая часть украинского духовенства в годы оккупации занимала патриотическую позицию. Так, в сводке германской службы безопасности от 5 декабря 1941 г. говорилось о связях автономной церкви с советской агентурой. В ней приводился характерный факт: 7 ноября в Киеве под председательством митрополита Алексия (Громадского) проводилось собрание с участием 49 священников, двое из которых были изобличены как советские агенты, у них нашли и воззвание митрополита Сергия. Арестованных священников А. Вишнякова и П. Остринского расстреляли, а с остальных взяли подписку о неучастии во враждебной Германии работе.
В Черкасской области за поимку священника Г.Писаренко 16 ноября 1942 г. гебитскомиссаром было объявлено вознаграждение в 10 тыс. марок, но предателей не нашлось. А отец Никита из Житомирской области 29 апреля 1944 г. писал в Московскую Патриархию: «В 1942 г. в нашем лесу открылась группа партизан, с которыми я взял тесную связь и помогал им чем только мог... Когда в ноябре месяце 1943 г. заняли наш район партизаны Маликовского соединения, я начал писать в Московскую Патриархию и даже послал 100 руб. денег на высылку мне какой-либо литературы или хотя бы Русского календаря, и до сих пор ничего нет. Я стараюсь всеми силами помогать Красной Армии, отдаю весь доход как хлебом, так и полотном и деньгами».
Бургомистр г. Кременчуга Зеница был арестован нацистами за то, что саботировал данные ему приказы. Путем опроса чиновников айнзацкоманд было установлено, что он умышленно пользовался фальшивыми биографическими данными и сумел спасти от гибели многих евреев. Помогал бургомистру Зенице протоиерей Романский, который крестил этих евреев и давал им христианские имена.
В период оккупации Свято-Покровская церковь, расположенная в селе Бурты Шполянского района Киевской области, оказывала всевозможную помощь скрывавшимся от гестапо советским активистам, бежавшим из лагерей пленным и партизанскому отряду № 0721. Немцы неоднократно производили обыски в храме, разгоняли молящихся во время богослужений.
В Херсонской области был священник, который в шутливой форме выражал свое отношение к оккупантам. Во время церковной службы, кадя перед немецкими солдатами, он нараспев говорил, как молитву, такие, к примеру, слова: «Господи помилуй, Господи помилуй, пришли эти привередники, пришли эти яйцеедники, Господи помилуй… Как были наши красные, жили люди согласные, а пришли германияки, кусаются, как собаки, Господи помилуй…». Долгое время фашисты полагали, что это им батюшка акафист читает, пока не выяснился действительный смысл его таких вот «молитв». Пришлось разоблаченному священнику оставить на время службу и уйти к партизанам.
Во время оккупации Ростова-на-Дону фашистскими войсками священник Владимирской церкви Димитрий Иванович Романовский спас от верной смерти арестованных немецким командованием жену ответственного работника Н.К. Подгорную и члена ВКП(б) лейтенанта Б.М. Иванова. Отец Димитрий, рискуя жизнью, спас от смерти еврейку М.Б. Курляндину, а также воспрепятствовал эвакуации в Германию многих комсомольцев города.
Многие пастыри, невзирая на опасность для собственной жизни, находили возможность помогать советским партизанам, избегать вывоза в Германию молодежи, спасали от неминуемой гибели еврейские семьи. До сих пор местные жители с благодарностью вспоминают священников И.Чубинского (с. Варовичи на Киевщине), И. Шмыголя (с. Станислав Херсонской области), Ф. Самуйлика, Е. Гейроха, М. Рыбчинского (Ровенская область), протоиереев К. Омельяновского, С. Ожеговского, М. Герасимова (г. Херсон) и десятки других, спасших жизнь их родным и знакомым. Киевский протоиерей А. Глаголев вместе с женой Татьяной и прорабом А.Горбовским спасли от уничтожения несколько еврейских семей.
Священник Ф. Петрановский организовал в Одессе подпольную группу. Он регулярно принимал сводки Совинформбюро по радиоприемнику, расположенному в подвале дома. Полученные сведения передавались верующим в устной форме, а самые важные из них записывали и распространяли разными путями. Отец Ф. Петрановский в своем храме и на дому крестил более 100 еврейских детей, выдав им документы о крещении. Спасал батюшка от смерти и взрослых. В мае 1942 г. бесстрашный священник был посажен на полгода в тюрьму по обвинению в большевизме. Однако и там он получал сводки Совинформбюро от своих товарищей по подпольной группе и использовал их в беседах с заключенными. Страдающим от истощения заключенным, в том числе и партизанам, отец Ф. Петрановский оказывал помощь продуктами питания. Арестованных он всегда подбадривал, внушал надежду на скорое освобождение.
Одесский протоиерей Василий Брага, сотрудничая с советской внешней разведкой, передал много ценных сведений. В своих проповедях он призывал молиться за Родину, победу. Партизанам батюшка помогал продуктами, материально. За это он был награжден медалью «Партизану Отечественной войны».

В г. Орле весь период немецкой оккупации успешно действовал подпольный госпиталь, одним из руководителей которого был врач В.И. Турбин, в 1930-е гг. тайно принявший монашество. Благодаря его лич-ному мужеству и самоотверженности медперсонала в этом госпитале удалось спасти несколько оказавшихся в плену бойцов Красной армии. После излечения их переправили через линию фронта. В Орле было создано объединенное попечительство церквей, возглавляемое Н.Ф. Локшиным. Оно оказывало бесплатную помощь больным и престарелым людям, ежемесячно отчисляя деньги из заработка священнослужителей на нужды бедных. Широкой известностью и уважением среди прихожан Богоявленской церкви пользовался член попечительства доктор И.М. Варушкин, бесплатно лечивший их.
Лучшие представители православного духовенства оставались верными основным принципам и заповедям христианства. Они оказывали помощь, а нередко и спасали от гибели людей независимо от их веры и национальности. Так, украинский священник Иоанн Карбованец и насельницы Домбокского монастыря близ г. Мукачево, рискуя жизнью, спасли обреченных на неминуемую голодную смерть 180 детей, вывезенных немецкими захватчиками в августе 1943 г. из орловского детского дома. Весной 1942 г. гестапо выявило немало случаев, когда лица еврейской национальности обращались в православные церкви с просьбой произвести обряд крещения над своими детьми и выдать им об этом свидетельство. Церковь принимала их, надеясь уберечь от гибели. Несмотря на это, все выявленные фашистами евреи, в том числе и дети, были расстреляны.
Протоиерей Благовещенской церкви г. Симферополя Иоанн Крашановский, бывший старший морской священник, не скомпрометировал себя изменой и пользовался горячей любовью и глубоким уважением верующих. Когда Красная армия выдворила немецких захватчиков из пределов Крыма, протоиерей Иоанн с разрешения генерала Ветрова созвал всех верующих г. Симферополя в полуразрушенный немцами собор, совершил благодарственный молебен и произнес замечательную речь, навсегда оставившую след в сердцах слушателей. За молебном о даровании победы присутствовали воинские части. Иоанн Крашановский получил благодарность командования за патриотическую деятельность и материальную помощь раненым бойцам.
В Симферополе проживал особенно уважаемый верующими заслуженный протоиерей Николай Швец, он зачитал в своем кладбищенском храме патриотическое воззвание митрополита Сергия (Страгородского). Воззвание это получил и распространил среди верующих диакон этого же храма отец Александр Бондаренко. Их патриотический подвиг поддерживал старец Викентий, бывший обновленческий епископ, давно мечтавший о молитвенном общении с Православной церковью. Все они попали в немилость к заведующему церковным подотделом А.Д. Семенову и были расстреляны гестапо. Протоиерея Николая Швеца обвиняли еще в том, что он крестил евреев.
Священник Владимир Соколов в начале 1942 г. был назначен в с. Мандуш Бахчисарайского района. Это село не раз переходило из рук в руки. Много жителей его были в партизанском отряде. Священник Соколов, имевший дом и 16 ульев, все время поддерживал с партизанами связь. Когда спускались в село советские парашютисты, он получал от них газеты и распространял их, с опасностью для себя ходил слушать передачу радиоцентра через тайный приемник. Наконец, немцы сожгли дом и ульи неугодного им священника и издали приказ о расстреле всего мужского населения села. К счастью, Соколову с сыном удалось спастись и пробраться в Симферополь. Здесь священник Соколов познакомился со Смирновым, сын и внук которого организовали партизанский отряд в количестве 200 человек и ушли в лес. Соколов со Смирновым снова слушали радиопередачи из Москвы и распространяли полученные сведения. Священник Соколов жестоко пострадал от немцев: две его дочери — 17 и 20 лет — были угнаны в немецкую каторгу.
В Курской области священник села Глебова Павел Андреевич Говоров скрывал у себя бежавших из фашистского плена летчиков и помог им перейти к своим, а протоиерей Семыкин не только помогал пленным красноармейцам, но и после прихода советских войск мобилизовал местное население для дежурства и ухода за ранеными в полевом госпитале.
Патриотическая деятельность духовенства была даже отражена в кинофильме «Секретарь райкома», выпущенном в годы войны, где священник помогает партизанам, и в конце фильма церковный набат призывает на защиту Отечества.
16 февраля 1944 г. при взятии города Луги войсками Красной армии генерал Лобанов вызвал ранее помогавшего партизанам священника М.С. Образцова и предложил ему в присутствии населения окрестных деревень, работников штаба и красноармейцев отслужить благодарственный молебен.

Многие клирики Русской православной церкви в годы войны получили государственные награды. Но среди священнослужителей, геройски проявивших себя в годы войны, есть имена, которые остались безвестными. В их забвении немалую роль сыграло время волюнтаризма и застоя. Надеемся, что совместными трудами историков, краеведов, журналистов со временем удастся восстановить имена всех служителей Церкви и мирян — тех, кто в тяжелейшие военные годы трудился для Победы. Чистый свет этого подвига не погаснет в грядущих веках.

@темы: историческая справка